июня 03

Брат погибшего президента Польши Ярослав Качиньский заявил после обнародования расшифровки бортовых самописцев разбившегося под Смоленском самолета Ту-154, что не имеет полного доверия к российскому следствию по этому делу, сообщает Радио «Свобода».

Со стенограммой записей «черных ящиков» ознакомились сначала члены Совета государственной безопасности Польши во главе с исполняющим обязанности президента Брониславом Коморовским, после чего полная расшифровка появилась на сайте министерства внутренних дел и администрации Польши.

Бронислав Коморовский заявил, что считает нормальным и правильным то, что руководители государства, лидеры крупнейших партий знакомятся предварительно с информацией, которую вскоре будет обсуждать вся страна. Как сообщил журналистам пресс-секретарь правительства Польши Павел Грась, глава правительства Дональд Туск провел консультации с генеральным прокурором и министром юстиции, и оба подтвердили, что выступают за рассекречивание записей бортовых самописцев, передает газета «Время новостей».

Кандидат в президенты от оппозиционной партии «Право и справедливость», брат погибшего Леха Качиньского, Ярослав Качиньский, на заседание Совета не явился, подчеркнув, что не хочет пользоваться подобными привилегиями. По мнению брата погибшего президента, с расшифровкой записей бортовых самописцев должны были сначала ознакомиться семьи жертв авиакатастрофы и их полномочные представители. Как также заявил брат-близнец погибшего президента, по его мнению, следствие должны вести поляки. «В данной ситуации наше следствие никак не может быть копией следствия московского», – отметил Качиньский. Брат Леха Качиньского направил на заседание СНБ своего адвоката Рафала Рогальского – его в зал не пустили, так как он не является членом совета.

Кроме того, заседание совета еще до обнародования содержания записей «черных ящиков» покинул лидер Союза демократических левых сил Гжегож Наперальский. Политик заявил, что, по его мнению, записи должны быть доступны всем или только прокуратуре. Бронислав Коморовский позже сообщил журналистам, что никто из присутствующих на заседании совета не возражал против рассекречивания записей. По словам Коморовского, никаких сенсаций он в стенограмме не нашел, однако в записях есть возможные указания на причины крушения.

Публикация расшифровки записей «черных ящиков» в условиях жесткой предвыборной борьбы может изменить политический расклад сил в стране. Как предполагают эксперты, именно эти соображения стали причиной нарушения достигнутых в Москве договоренностей о том, что документ не будет обнародован.

Из 40-страничной стенограммы следует, что в кабине пилотов находился человек, личность которого пока точно не установлена. По предположению экспертов, это был командующий ВВС Польши Анджей Бласик. Из расшифровки также видно, что пилоты слышали сигналы системы TAWS (Terrain Avoidance Warning System), которая предупреждала о возможном столкновении с землей. Эта система выдает информацию об опасно высокой скорости снижения, близости земли, потере высоты, отклонении ниже глиссады и опасных порывах ветра.

Расшифровка начинается с обсуждения летчиками карьерного роста кого-то из коллег и приветствия диспетчера в Минске обращением «Доброе ранецо», пишет GZT.ru. В 10:14 белорусский диспетчер сообщил экипажу, что видимость в Смоленске 400 метров, после этого члены экипажа обсуждали с кем-то возможность разворота самолета и возвращения в Варшаву. Еще через три минуты капитан сказал бортпроводнице о том, что появился туман. «Неизвестно, сядем ли мы», – добавил капитан.

В 10:18 командир попросил второго пилота связаться с экипажем второго польского самолета Як-40, который тогда уже должен был приземлиться в Смоленске. «Ты знаешь, в общих чертах тут полный п****ц, – отвечает абонент, – Видимость приблизительно метров 400 и высота нижней кромки значительно ниже 50 метров». Пилот Як-40 советует попробовать приземлиться, если же не получится этого сделать со второй попытки, лететь в Москву или куда-нибудь еще.

В это же время диспетчер сообщает, что температура в месте посадки +2 градуса, давление 7-4-5, условий для приёма нет. Польский пилот говорит. Что попробует зайти на посадку еще раз. В 10:23 некий анонимный персонаж спрашивает: «Господин капитан, когда вы уже приземлитесь, могу ли я спросить?». В 10:26 капитан сообщает директору дипломатического протокола Мариушу Казане, что появился туман, и в данный момент в тех условиях, которые есть сейчас, самолет сесть не может.

После этого капитан говорит, что попробует сделать еще один заход, но скорее всего из этого ничего не получится. Капитан также говорит, что для возвращения в Варшаву у них не хватит топлива. «Значит, у нас проблема», – в свою очередь, говорит Мариуш Казана. Командир самолета предлагает еще один вариант – «повисеть полчаса» и улететь на запасной аэродром. В этот момент Казана, по всей видимости, выходит из кабины, вскоре он возвращается и в 10:30 говорит: «Пока нет решения президента. Что дальше делать?».

Экипаж сообщает, что получил от диспетчера разрешения снижаться до 500 метров. В 10:35 капитан сообщает о том, что борт готов к посадке. Диспетчер дает указание выполнять третий разворот. Перед четвертым разворотом коллеги с Як-40 сообщают экипажу Ту-154, что видимость упала до 200 метров. Диспетчер дает разрешение на выполнение четвертого разворота.

В это время в кабине кто-то говорит, «он взбесится, если еще…». Непонятно, идет ли речь о президенте Польши, но, во всяком случае, это можно предположить. Второй посторонний человек в кабине пилотов в это время произносит: «Механизация крыла предназначена для…» В документе написано, что голос на фоне чтения карты принадлежит генералу Бласику. Ранее сообщалось, что командующий ВВС Польши Бласик находился в кабине до самого падения.

В 10:39 радиомаяк дальнего привода показывает экипажу, что до посадочной полосы остается около 4 километров. Высота самолета для такой удаленности оказывается слишком большой – 400 метров, и командир начинает снижение. Российский диспетчер сообщает командиру, что самолет находится «на курсе и на глиссаде».

В это время раздается сигнал системы TAWS. Пилоты не обращают на это внимания. Вскоре раздается сигнал «Terrain ahead», после которого второй пилот говорит сначала «В норме» и через три секунды командует: «Уходим». Как считают эксперты, в этот момент пилот увидел верхушки деревьев. Штурман докладывает высоту: «60, 50, 40, 30, 20″. Диспетчер говорит «Горизонт 101″ – это означает, что самолет достиг минимальной высоты на радаре. В этот же момент звучит сигнал о том, что самолет только что пролетел «ближний привод» – километр до начала полосы.

В 10:41 минут второй пилот произносит нецензурное выражение, через секунду диспетчер командует об уходе на второй круг и сразу звучит последний крик: «Курва-а-а-а!». По некоторым данным, это кричал Мариуш Казана. В 10 часов 41 минута 05 секунд самолет президента Польши Леха Качиньского Ту-154 потерпел катастрофу при посадке в аэропорту Смоленска. Погибли 96 человек, включая главу государства и его супругу.

теги: ,

Vkontakte Facebook Twitter Мой мир Livejournal Закладки Yandex

Оставьте свой отзыв

Loading...
Анонс последних новостей